ПРО ЛЮДЕЙ
Feb. 7th, 2009
10:50 pm - ПРО ЛЮДЕЙ
Записи, которые я буду понемножку здесь выкладывать, - это кусочки и отрывки из постепенно пишущейся странной книжки про животных.
Я давно хотела написать книжку про животных. Я ничего в них не смыслю, никогда с ними не работала, я даже не могу сказать, что я особо люблю животных. Просто у меня накопился целый ряд претензий, соображений и требований. Конечно, у меня есть претензии не только к животным, но и некоторым растениям, и к целому ряду неодушевленных предметов, не говоря уже о том человеке, который взял себе моду писать в лифте моего дома нехорошие слова, вроде "будущее" и "счастье". Но примерно месяц назад, когда я лежала на полу и смотрела в окно (не спрашивайте), я внезапно поняла, что по отношению к животным у меня накопилось ого-го. И что мои требования довольно скромны и совершенно обоснованы, и что если бы мне удалось предъявить их животным в достаточно убедительной форме, то они, может быть, перестали бы смеяться мне в лицо, а стали бы делать это у меня за спиной, как все приличные люди.
Животные принесли мне много страданий. Меня била ногами одна белка, а другая белка била меня руками, - правда, недолго. Один кот наблевал мне на платье. Меня кусали ёж, заяц и лиса (это не русская народная сказка про злую женщину, пытающуюся занять Теремок, это чистая правда). Малознакомая собака шла за мной с таким видом, как будто я не плачу ей алименты. На меня мочились мыши, иногда - несколько одновременно. Мне свински умерла игуана. Белый медведь в пражском зоопарке мне нахамил.
Словом, я человек натерпевшийся, истерзаный, алчущий возмездия. Зубы у меня так себе, когти - так себе, мех - так себе, особенно по сравнению с животными. Зато я обладаю даром связной речи, и в этом, если верить умным людям, мое видовое эволюционное преимущество, - и вся надежда моя.
Apr. 21st, 2007
12:33 am - Новости меньшего мира
Каждый человек может сделать себе хорошо в любой момент двумя способами: принять кодеину или подписаться на новости через "Яндекс", указав в качестве критерия отбора какое-нибудь не лезущее ни в одни ворота слово. Я вот неделю назад оформила ежедневное оповещение по слову "животное". Учитывая, что новости как таковые я не читаю, моя жизнь протекает теперь в совершенно удивительном мире, тоже, кстати, полном трагедий, истинных страстей.
Причем ньюсмейкеры часто, знаете, серьезные, не мышка накакала (буквально). Например, Газпром оленей потравил. 68 штук. Не буду даже предполагать, чем, - мы все знаем, чем. Я даже могу представить себе, зачем в КГБ при советской власти служили 68 оленей: 68 = (Рудольф-Красный-Нос + 8) * 7 +3. То есть по традиционной русской формуле "семеро на одного", плюс три на старого алкоголика Санту Клауса, угро-немецкого шпиона. Олени, видимо, собирались писать книгу о том, кто на самом деле украл Рождество. По лесу прошел шорох. И вот результат.
Еще в моем мире, например, сообщают, что глобальное потепление может вызвать изменение пола у ящериц. Если, значит, нагреть яйца у ящерицы... Нет, не так. Если ящерица снесет яйца, а потом их нагреют, то при температуре +31-34 из них вылупятся одни самки. То есть, объясняет нам источник, выглядеть они будут как самки, и органы половые у них будут, как у самок, но генетически они будут самцами. Про душу нам источник ничего не говорит, но надо думать, что они будут ощущать себя мужчинами, запертыми в женское тело.
Не лучше обстоит дело и у барсуков. Источник подает ситуацию с трагической прямотой: "Похотливые барсуки терроризируют британцев". Но не всех, а только одного, и тот живет в городе Шеффилд. "Это", - говорит, - "очень сильные животные. Они роют норы в поисках червей. Подкопали и свалили три дерева, потоптали мне весь урожай, а ночью от них ужасный шум. Когда они занимаются сексом, то воют и кричат, а когда дерутся - стоит такой вой, что кровь стынет в жилах. Будто их убивают." - рассказывает 60-летний мясник на пенсии Майкл Брумхед. У меня, например, кровь действительно стынет в жилах, потому что ясно, какие это барсуки. Если ты всю жизнь мясник, а потом выходишь на пенсию, у тебя не то что барсуки будут под верандой завывать, - у тебя сердца молочных поросят будут под полом стучать. У тебя Этгар Аллан По на том свете интервью брать будет. Спросит что-нибудь - и, знай, хихихкает. И тихо танцует вокруг.
При этом для похотливых американских собак изобрели резиновую суку. Это как-то даже грустно, - вот уже и собаки станут равнодушны к моим ногам. В воронежском зоопарке младой питон возненавидел герпетолога и шипит при его приближении. На Каспии тюленей косит какая-то чумка, и тушки мертвых животных сотрудники МЧС Казахстана находят здесь с 30 марта. Что означает, что животные, возможно, дохнут с 8 марта вечером. В Далласе осла вызвали свидетелем в суд, потому что сосед сказал, что осел ночами орет. Что именно орет - не знаю, но представляю себе, что орет он: "Хьюстон! У нас проблема!" В Миннесоте волк охотится на автомобили; бегает за ними, как собака. Специалист говорит - волк защищает свою добычу. Видимо, так это устроено: спиздит волк канистру бензина, попьет из нее немножко, прикопает остаток на опохмел и защищает, как умеет. А может, все еще проще обстоит: оскорбительно быстрые они, гады, - а Акела уже не мальчик, годы не те. Остановится такая у обочины, выкинут из нее в кювет маленького безволосого засранца, ревущего и просящего титю, ты принесешь его в пещеру, и начнется другая история, другая история мира. Другая история мира, с другими действующими лицами, откуда они поналезли, безволосые прямоходящие выскочки, болезненное похотливое племя, от любой чумки половина валится замертво, но все равно - откуда-то берутся новые, прут и прут, прут и прут, а ты, между прочим, моложе не становишься. Не становишься ты, волчок, моложе.
Feb. 19th, 2007
11:31 pm - Пена дней
У меня есть файл, в котором собраны девяносто восемь историй на одну и ту же тему. Эти истории я нехитрым поиском выкопала в сети в середине 1995 года**. Интуиция подсказывает мне, что, буде та же работа проделана сейчас, содержимое моего файла увеличилось бы процентов на триста, но делать я этого не буду, мне хватает и девяноста восьми штук. Примерно раз в полгода, - в Прощенное воскресенье и перед Судным Днем, - я этот файл перечитываю, от начала до конца. Последняя история в этом файле* звучит так: "У моей бывшей жены он умер во время просмотра сеанса Кашпировского. Жена держала его на ладони".
Господь, как известно, выбрал для своих экспериментов Польшу. Смерть выбрала хомячка.
Смерть хомячка притягательна своей трагикомичностью, - он умирает так ловко, так разнообразно, с таким восхитительным упорством, что прочим смертным остается только превратить его гибель в изумленную легенду. Я глубоко убеждена, что у каждого человека есть история о том, как умер его хомячок или хомячок его близких. Моя убежденность еженедельно подпитывается беседами с малознакомыми людьми, - в диапазоне от таксистов до деловых партнеров. (Кстати, если человек, пришедший к вам на встречу чисто конкретно по делу (и видящий вас первый раз в жизни), в ответ на вопрос: "Скажите, как умер Ваш хомячок?" хватает ртом воздух и пучит глаза, но все-таки отвечает, - нанимайте его подчиненным, но не входите с ним ни в одно дело на паях: яйца у него железные; он вас выдержит, а вы его - нет). Из историй, недавно услышанных в результате подобных расспросов, мне особо запомнились две: история о пиковой даме и история Франции. Первая история описывает смерть хомяка, подавившегося соответствующей картой в процессе подгрызания покерной колоды; во второй истории хомяк пал жертвой трудолюбия Ф.П.Г. Гизо. Человек, рассказывающий мне о хомяке и Гизо (мы вместе ждали очереди к врачу, и нам было приятно говорить о чужих страданиях), несколько раз повторил: "Если бы не Тотоша, я бы эти томища и читать никогда не стал". Покойника Тотошу уважительный интерес хозяина к убившим его "томищам" должен был радовать примерно как кончина Филиппа Красивого - Маргариту Наваррскую.
Смерть хомячка не бывает внезапной, - хомячка приобретают, предвкушая скорое расставание при непредсказуемых обстоятельствах. Если ваш хомячок еще не умер - с вами что-то не так. Почему вы не женились и не завели тещу, которая могла бы сесть на диван и насмерть придавить страдальца, забившегося за диванную подушку? Где ваше чувство товарищества, заставляющее окунать хомячка в пенный, маслянисто-черный портер, чтобы и он насладился живительной влагой? Почему вы начисто лишены любви к искусству, позволяющей захлопнуть хомячка между страницами двадцатикилограммового альбома Хельмута Ньютона? Наконец, что за свинская привычка не закрывать за собой дверь в уборную? Вы думаете, если вы один дома, то все дозволено? Нет, не дозволено! Не дозволено нарушать естественный ход вещей! Хомяк должен быть прихлопнут! Посмотрите на его морду, на его сложение, на его жестикуляцию, наконец: он так невинен, чист, бодр и дружелюбен, что и сам наверняка догадывается о своей скоропостижной кончине, на манер героев Диккенса. Хомяк слишком хорош для этого мира; не разочаровывайте его.
Тот факт, что хомяк и Смерть созданы друг для друга, совершенно не означает, будто мы легко смиряемся с потерей любимца. Некоторые так страдают, что исходно заводят двух хомяков (каждый раз) - мужского пола и женского пола, чтобы Смерти всегда предстояло охотиться в богатых угодьях. В ответ Смерть, со свойственной ей простотой, упреждает возникновение проблемы: скажем, я знаю историю о паре нежно влюбленных хомячков, в процессе консумации так раскачавших клетку, что она рухнула со шкафа, унося молодые жизни обитателей (красивая смерть - но не для тех, кому пришлось мыть клетку, конечно). Другие специалисты по увиливанию от тяжелых переживаний и убереганию от них ближних идут на более серьезные поступки. Их тактика хорошо иллюстрируется историей хомячка, который никогда не умер. С., его хозяйке, было шесть лет, когда рыжий жрун поселился в клетке на подоконнике. С. нежно любила рыжего жруна и всячески о нем заботилась аж до пятого класса: первой же учебной неделей одному из одноклассников, приглашенных на день рождения С., взбрело в голову спросить, сколько лет ее хомячку. "Сейчас посчитаю", - сказала С. и посчитала. Гости, услышав названную цифру, возмутились и усомнились. С. пересчитала еще раз, но цифра не изменилась. Тогда-то и вскрылась страшная тайна: родители С. так боялись за психику девочки, что, когда хомячок внезапно скончался (увы, не знаю, как именно), они пошли в зоомагазин и заменили покойника на другого рыжего жруна. Несколько дней прошло в нервном напряжении: к счастью, С. ничего не заметила. Хомячка N0 прибрал к себе мусоропровод. Но, увы, хомячок N1 тоже долго не протянул: линия его жизни случайно пересеклась с траекторией ракетки для пинг-понга, используемой в этой семье для истребления ос. Мусоропровод тяжело вздохнул. Клетка приняла рыжего жруна N2. Отступать стало некуда. Особенно тяжело С. перенесла тот факт, что родители не сумели назвать ей точный порядковый номер текущего животного. Смерти этого хомячка С. ждала с мрачным упорством, свойственным человеку, желающему покончить с призраками прошлого. Ее напряженная неприязнь к рыжему жруну N(?) оказалась так велика, что произошло невероятное: последний хомячок С. умер сам. Просто так, лег и скончался, безо всяких видимых повреждений, тяжких болезней и купания в слабоалкогольных напитках. Очевидно, Смерть решила ради разнообразия попробовать и пресной пищи.
Тем, кому (как, например, мне) вереница преждевременно уходящих в небытие хомячков представляется тяжелым зрелищем, заставляющим мир представать пред нашим внутренним взором в дымке неоправданной жестокости, я предлагаю позитивный взгляд на вещи. Давайте считать, что хомячок - это расходный материал истории животного царства, а его предназначение - открывать врата иного мира для других четвероногих новопреставившихся. Вот Лета катит свои тяжелые воды, и вот плывет по ним управляемая Хароном ладья, груженная человеческими душами. А следом за этой ладьей, и перед ней, и рядом с ней (так мне это всегда представлялось) плывут по-собачьи души меньших, четвероногих. И перед каждой из них плывет, молотя лапками маслянисто-черные волны, маленький, мохнатый, всклокоченный, мелкозубый проводничок, и Господь сдувает с его морды вскипающую кругом пену, чтобы ему плылось веселее.
* Когда-то присланная мне юзером ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
blackrum.
** Задним числом мне напоминают, что не где-то, а вот тут, и не в 95-м, а не раньше 98-го.
Feb. 8th, 2007
12:26 am - Lick, Shoot, Bite
Наблюдать за тем, как кошка срыгивает ком нализанной шерсти (у них, говорят, для хранения и утаптывания этого кома есть особый желудок или вроде того), - так вот, наблюдать за тем, как кошка срыгивает ком нализанной шерсти, следует с тем чувством, каковое предписывалось испытывать школьникам, приведенным посмотреть на публичную казнь. Воспитатель, приведший подопечных на лобное место, обычно преследовал две цели: устрашения и закрепления пройденного. Устрашение школьников зрелищем казни помогало им понять, что бывает с теми, кто упорствует в дурных поступках; закрепление же пройденного заключалось в том, что радивый воспитатель проводил для вверенных ему чад параллель между их сегодняшними малыми грехами - и завтрашними возможными последствиями. Чадам рекомендовалось внимательно наблюдать не так за процедурой приведения приговоря в исполнение, как за муками осужденного, и представлять себя на его месте, чтобы извлечь ценный моральный урок.
Когда кошка срыгивает шерсть, наблюдатель должен настроиться на благочестивый лад и смотреть на муки жертвы, как если бы они были его собственными, ибо срыгивающая кошка дает нам важный урок о вреде пьянства. Присмотритесь внимательно: эта опущенная голова, мотающаяся на ослабшей шее, эти судорожные всхлипы, эта мука во взгляде, это нехорошее дрожание усов... Правильно, мы видим раскаяние в похмелье. "Господи, Боже мой, какое я уебище! (Буэээ... Буэээ... Оооо...) Я же еще вчера знала, чем кончится! (Бу... бу... буэээ!) Зачем, зачем я вылизывалась, кто меня, блядь, заставлял?! (Буэээ!) Все. Никогда. Никогда бо... больше. Как бы ни хотелось, как бы... как бы меня ни тянуло, особенно вечером... Вечерами. (Буэээээээ.... Ох, мамочки...) Суки, какие суки, говорили - полезно для здоровья (Бяк. Бяк. Бяк. Бу... бу... блядь, да вылезай уже! Буээээ! Фу.) Да подавитесь вы таким здоровьем! За компанию! Все вылизывались! Ненавижу! (Бу... бу... буэээ! Вот, блядь, один "Вискас" лезет, суки...) Никогда. Все. Последний раз в жизни. Особенно промежность. Ох, как подумаю про промежность... (Буээээ!) Там подшер... подшерсток! (Уэээ! Буэээ! Ой, мама, как мне плохо). Все. С промежностью покончено. Никогда, никогда больше!.."
Воспринимайте последующее мытье ковра как воспитательную порку, которой традиционно полагалось подвергать юного наблюдателя, чтобы он лучше усвоил урок.
С другой стороны, когда вы с утра лежите мордой в унитаз, кошка, конечно, тоже недаром смотрит на вас с видом: "Ну что, нализался?" Она-то, ясное дело, имеет в виду свое, но общее представление у нее верное. Все ей, кошке, более или менее понятно. Ее, кошку, в этот момент интересуют только две вещи: 1) Вот они, вроде, тупые-тупые, а умудряются, видимо, себе голову лизать - и вон как нехреново нализываться! 2) Надо было котят привести.